Жизнь состоит из эпизодов. Ценим все!

Ей-богу, взяла паузу, чтобы написать без эмоций.

Больше года назад я где-то в комментариях рассказывала, как послав абсолютно честное резюме, с позициями, совпадающими с вакансией, я потом перезванивала девушке-рекрутеру. Я не искала активно работу, но вариант был очень подходящий по кругу задач и по территориальному расположению. Но не до слез и боли. Типа, да-да, нет-нет. На мой звонок барышня ответила: "не помню Ваше резюме, значит, не зацепи-ило..." Я тогда еще думала о списке "зацепляющих" девушку слов, чтобы уж наверняка... Ну да ладно.

Проводим мы тут одно замечательное мероприятие. Персоны интересные, очень качественные и запоминающиеся выступления, журналисты, гости. Все удачно, все сложилось, всем понравилось. В общем, чувство радости от проделанной работы есть. Стоим с шефом провожаем участников. Надо сказать, гости все были правильные, не только по этикету, но и по душе много хороших слов говорили. Подходит высокий мужчина, благодарит шефа, поворачивается о мне, протягивает визитку. Я тоже. Смотрю его визитку - руководитель той самой компании.... Дальше разговор:

- Елена, спасибо за интересное мероприятие /и говорит мне тучу профессиональных комплиментов/ Я бы хотел, чтобы и наши мероприятия проходили на такой "высокой ноте", мне это очень важно /и далее - практически предлагает поработать с ним/.

- Но я как-то пыталась предолжить Вам свои услуги, Николай Иванович, но Наташа /она же у Вас эйчар?/ сказала.... (каюсь, форумчане, не удержалась, поклоунствовала с этим "не зацепи-ило", изобразила слегка).

Он засунул руки в карманы, секунд тридцать переваливался с пяток на носки, раздувая ноздри. Потом молча кивнул и ушел. Шеф в недоумении, хотя уже привык, что меня зовут помогать.

Я еще не решила, как реагировать. С одной стороны, Наташа может получить люлей. Но вдруг изменят подход к подбору сотрудников? Это плюс. С другой стороны, в приципе, я их, конечно, поконсультирую, если надо будет. Почему нет? Но такого продолжения я никак не ждала!

Один из моих коллег, достаточно давно и пока не очень результативно ищущий работу, с вытаращенными глазами рассказал сегодня историю прохождения собеседования в одной, в общем-то, немаленькой и очень неплохой компании… Его позиция – руководитель среднего звена.
Сотрудница службы персонала пригласила его приехать в такой-то день, к такому-то времени четко, назначила, в общем, срок (без книксенов: когда Вам удобно… , не могли бы Вы…) и попросила быть минут на десять раньше. Да хоть на двадцать! Эйчар его встретила. Ну, сейчас начнется обычная тягомотина: расскажите о себе, почему Вы ушли с прежнего места работы, каковы Ваши ожидания …. Но она повела наверх. - «А с кем же будет собеседование?» - «С генеральным директором и его замом». Привела в переговорную и удалилась. Руками поставив на место отвисшую челюсть, коллега срочно перестраивается на другой уровень беседы. В точно назначенное время пришел гендир с замом, и в дверях попросил референта пригласить еще кого-то из топов.

У всех - распечатанное резюме. Гендир представил всех собеседников и предупредил, что у него десять минут. Пять минут говорил о задачах. Каждую фразу завершал вопросом: "Вы согласны?" или "Вы понимаете, о чем я говорю?" Пять минут отвечал на вопросы. Четко обозначил зарплатные возможности сейчас (без игры в угадайку – попади в нашу «вилку») и перспективы на будущее. Потом они с замом ушли, но собеседование было еще примерно час с куратором и руководителем направления. С подробным обозначением функций, кругом задач, конкретных проблем, требующих неотложного решения. Задавали много профессиональных вопросов. Дали визитки. Конечно, предупредили, что они пока еще смотрят кандидатов, но сказали, что сами (не эйчар) сообщат о любом принятом решении.

История не закончена. Но он уже очень хочет там работать и переживает, что что-то не срастется. Судорожно анализирует свои ответы, что-то хотел бы переиграть. Я понимаю, что это временный психоз, вызванный потрясением от совершенно необычного по теперешним временам подхода к набору специалистов в этой компании.
Меня эта история искренне порадовала. Хоть в виде оазисов, но все-таки сохранились в выжженной кадровой пустыне нормальные деловые и человеческие отношения. Я отлично понимаю, почему руководитель поступает именно так. И почему их компания даже сейчас, в кризис, не в пролете. Мне такая позиция импонирует очень.
Если будет интересно, расскажу потом, чем дело кончится.

Я очень внимательно смотрю материалы и отклики на них, связанные с работой кадровых агентств. И вовсе не из-за меленького чувства найти как можно больше «блох» в их деятельности. Тщательно слежу, чтобы и намека не было на персонализацию, когда привожу какие-то примеры.
Эйчары, также как и представители некоторых других специальностей (в том числе, и моей), стали продуктом нового социума. Профессия эта – из современных, поэтому очень важно, чтобы она проходила не дикий, а цивилизованный период становления. Неужели мы ничему не учимся? Безусловно, HR-деятельность – творческая, предполагающая обладание не только психологическими навыками, но и высокой внутренней культурой и профессиональными знаниями, поскольку только при гармоничном сочетании этих составляющих возможно грамотно и результативно работать с людьми, как работодателями, так и соискателями.
Откуда всё это взять? Где гении рекрутмента, которые уважаемы всеми сторонами процесса подбора кадров и в обществе в целом? В обсуждениях часто встречаются мнения, что без грамотной государственной политики ничего не получится, все опять скатится к самодеятельности с известным в России исходом. В этом, возможно, есть зерно истины. Но правильно ли обсуждение всех проблем заканчивать сакраментальной фразой: «К Медведеву и Путину!»? Если действительно профессиональные и ответственные люди берутся за это дело, неужели их великая цель - схватить тысячу-другую на посредничестве, и от них ничего не зависит! Не думаю. Попробуем посмотреть, что напрямую может сделать государство, а что все-таки, в руках специалистов (при их желании, конечно).

«Обеспечь, раз я достоин!»
То, что всевозможные госбюро по трудоустройству не справляются – это факт. И то, что сейчас хоть как-то заработала программа поддержки занятости Минздравсоцразвития, говорит о повороте лицом к проблеме. Не очень все это эффективно, конечно, но хотя бы начали. Поэтому, в обозримый период времени кадровые агентства как бизнес-структуры есть и будут. Во всяком случае, чисто теоретически, они могли бы стать недостающим звеном (или параллельной возможностью) при решении кадровых проблем в наших масштабах. Что конкретно может государство?
Первое. Законодательство. Деятельность КА должна быть регламентирована. Это не чиновничья блажь, а определение правил игры, общих для всех.
Второе. Подготовка специалистов. Скажете, ерунда? Но это лучше, чем девочки «ниоткуда», рассматривающие КА как место пересидки. Пусть уж приходят люди, осознающие, чем они хотят заниматься и обученные профессии. В вакансиях-то они строго требуют определенного образования и его уровня.
Третье. Была фраза в обсуждении: «ну давайте еще выдадим им сертификаты». Давайте! Да, коррупция, да, произвол чиновников. Но хотя бы отсеются явные авантюристы и халтурщики.
Четвертое. Недавно замминистра культуры призналась, что приравнивание театров и других ведомственных учреждений к сфере обслуживания, наряду с ремонтными мастерскими и банями, было ошибкой. Не должны они целиком и полностью быть «бизнесовыми». Цена вопроса выше. Возможно (но не утверждаю), то, что связано с подбором кадров для экономики, также не должно пускаться уж совсем на самотек. Очень сильны человеческий фактор и степень воздействия на будущее страны.
Понятно, что весь вопрос не в том, ЧТО у нас делается, а КАК. Ответ мы на него, увы, знаем. Но и требовать от «верхов» большего при всём желании не получится. Что же мы можем сами?

«Всё в твоих руках, и даже…"
А ведь можем, если захотим. Я сейчас как раз не о халтурщиках и авантюристах. Как пишут в обсуждениях, «не делайте общих выводов из конкретных случаев». Не делаю.
Первое. Работать с работодателем (сама вижу тавтологию). Не переносить досконально зарубежный опыт на российскую почву, где этот опыт сразу приобретает черты бессмысленности и беспощадности. Все-таки наши традиции всегда были немного другими. Ясно как день, что агентства всегда будут на стороне работодателя. От этого зависит процветание их бизнеса. Читая некоторые требования в вакансиях работодателей, порой взаимоисключающие, я понимаю, что нанимателю никто не решится указать на эти несоответствия. Даже если понятно, что допущен ляп, зачем терять клиента, проще принять точку зрения «хозяин – барин»?
Второе. Возможно, стоит несколько скорректировать сам принцип рекрутинга. Продумать систему устройства людей не по формальным признакам, а по соответствию задачам, которые надо решить. Понятно, что принцип «работодателю ищем специалиста» поменять на принцип «специалисту ищем работу» - это стопроцентная утопия, да и, в общем-то, ненужная. Но сделать, например, контакты двусторонними, это вполне реально. Если уж ты посредник, то будь им в «чистом» виде – не принимай решения по ощущениям - они подведут. Только при достаточно длительном общении можно понять, насколько человек профессионален и талантлив.
Третье. Когда нет специального образования у сотрудников, их надо обучать самому. Вводить в курс специфики профессий. Если надо, писать памятку общения с клиентами. Запретить флудить в интернете. Ознакомить с правилами делового этикета - в сотый, наверное, раз говорю, что при деловом общении на письма и запросы отвечать надо! (Я на одном из сайтов ввязалась в дискуссию с барышней-рекрутером о деловом этикете, но вышла после вопроса: «а что это такое?»). Уважение рождается из мелочей, а за ним, как известно, идут имидж и репутация. А это сегодня важнейшие составляющие бизнеса, между прочим.
Четвертое. Я верю в силу профессиональных сообществ, в том числе HR-сообщества. Но и его построить – непростая задача. Периодически тусоваться – это одно. Но ведь надо создать что-то вроде кодекса эйчара (повторяю, это - работа с людьми, и здесь нужна своя «клятва Гиппократа»). Да, нарушителей не покараешь, но можно ведь все повернуть так, что и сами не станут нарушать – сообщество отторгнет, лишит преференций. Разрабатывать стандарты деятельности. Хватит уже дискуссий, какой длины должно быть резюме соискателя, чтобы девушке было удобно читать (ясно, что нужной длины!). Рассматривать случаи вопиющих нарушений и грубости. Опять же заниматься профессиональным ростом сотрудников и ростом их квалификации. Лоббировать свои интересы, например, по законодательству, во властных структурах. Это тоже сложно, но мы же условились, что говорим о «настоящих» эйчарах!
И еще. Самим категорически прекратить и работодателей вежливо и настойчиво направлять. Я говорю о порочной практике разного рода дискриминаций: что это за «строго мужчина, женат, дети», аллергии на нерусские фамилии, возрастные цензы и прочее. Самим надо помнить, что дискриминация запрещена ТК и российской Конституцией и заказчикам твердо говорить об этом, если вдруг «забывают». А то интересно получается, к государству требования есть, а его же законы исполнять не торопимся. Ведь не до этого сейчас, и, значит, за нарушения ничего вроде не будет.
Понимаю, что КА выполняют и другие функции, кроме подбора кадров, но сейчас об этом не будем..

Получается, что половину, если не больше, проблем, можно решить и самим, не кивая на государство. Да, поддержка, конечно, важна, но когда это бизнес уповал только на нее? Если ситуацию не поправят сами «участники процесса», через некоторое время о профессии будут говорить не с уважением и учтивостью, а с пренебрежением и злобой. Как об изгоях. А кому-нибудь это надо?

Мне все-таки очень хочется разобраться, что сейчас происходит в рекрутменте, что за народ выбирает себе эту профессию и каким образом строится работа КА. Эйчар – профессия из относительно новых, поэтому наверняка многие принципы и подходы еще не выработаны и не отработаны на опыте. Полагаю, что в этой деятельности присутствует элемент творчества. В идеале, конечно. Потому что работа с людьми – всегда непредсказуемый, но очень интересный и иногда требующий нестандартных решений процесс. Но вот, что это - работа с ЛЮДЬМИ, очень большая часть рекрутеров либо сознательно выключает из своего восприятия, сосредоточившись на сличении вакансий и резюме, либо, ошалев от наплыва соискателей «хороших и разных», начинают воспринимать кандидатов как кусты картошки, посеянных на громадном поле квадратно-гнездовым способом. И, коротко глянув на бескрайние просторы (а они таковы в кризис: по информации на SJ, сегодня 3 миллиона резюме на 50 тысяч вакансий), по наличию или отсутствию на макушке куста цветка, делают глубинный вывод о качестве клубней.
Я не хочу быть предвзятой, но на фоне единичных положительных случаев, сотни и тысячи примеров вопиюще-наплевательского отношения к и так оказавшимся не в лучшей ситуации людям. Я много раз писала о том, что почти никогда не считают нужным отвечать кандидату. Смешные обсуждения типа «это вам надо, и поэтому, ничего страшного - позвонить самому» бесполезны. Как и звонки.
Иллюстрирую.
Случай 1. Вижу вакансию, просто на редкость совпадающую с, можно сказать, мечтой и соответствующую профессии. Откликаюсь. Через пять минут – отказ. Звоню в агентство, прошу по-человечески объяснить, в чем дело. Дальше – переписка:
- Я не помню резюме, поймите правильно, пришлите еще раз…
- Посылаю, после нашего телефонного разговора…
- Прочитала…В Вашей биографии нет ни одного оранжевого солнца /образно говоря – Е.К./
- Вывожу цитату из резюме, где у меня обозначены два больших и два средних именно оранжевых солнца с точками восхода-заката и точнейшими характеристиками нахождения в зените. И все это в ТРЕТЬЕЙ строке предложенной Вами же формы резюме после имени и координат для связи. Как понимать?
- Работодателя, скорее всего /!!!- Е.К./, не устроит запрос о компенсации /в резюме написано - обсуждается в зависимости от задач - Е.К./
Об оранжевых солнцах – ни гу-гу. Конец общения.
Вывод. Либо это - вкусовщина (нет, далеко не интуиция!), потому что, как видим, вразумительного ответа даже по отдельной просьбе не прозвучало, либо вакансия размещена для каких-то других целей, иначе отказ не был бы таким мгновенным.
Случай 2. Поразила позиция девушки-рекрутера с ником типа «Собаня-26», активно дискутирующей на одном из «работных» сайтов. Собрала ее «шедевры»: «…а я вообще так прикалываюсь над кандидатами на собеседовании, что они даже теряются бедняги ...», «…в подборе хотя бы с людьми общаешься, и это уже не скучно, потому что, иной раз такие кадры звонят и приходят, что мы всем отделом ржали…» И еще (не могу найти сейчас, поэтому не привожу точную цитату) про то, как она сразу выбрасывает длинные резюме, потому что долго читать, ведь это – не литературное произведение.
Вывод. Не могу сделать. Кроме единственного – подбор кадров для себя тоже не очень получается. Что же говорить о других?
Случай 3. Три года назад, когда я работала в журнале, а кризисом не особенно-то и пахло, к нам обратился глава одного из кадровых агентств, специализирующегося на конкретной сфере экономики. У него возникли проблемы, и была нужна поддержка. Я сделала с ним большое интервью, придумала красивый заголовок, проиллюстрировали удачным портретом. Хороший получился материал! Помогла я ему просто так. Сработало. Он еще долго ходил на переговоры с этим номером. Тут недавно нашла его визитку и написала письмо на личную почту, просила рассказать о своих впечатлениях от ситуации, подсказать, как оптимально заняться трудоустройством. Получила ответ не от него, от его секретаря: пришлите резюме. Зубами скрипнула, но послала. Через месяц попросила уточнить, могу ли я готовиться по своему резюме отмечать сороковины? Понятно, что на этом – всё! Видимо, решили, что я уже не «на коне» и церемониться со мной нечего.
Вывод. Все-таки, подход не индивидуальный ни при каких условиях. Конвейер не знает прошлого и будущего, только «подкрутка деталей» в данный конкретный момент. А это исключает развитие в дальнейшем. Видимо, проблемы в этом агентсве были закономерными.

Да, с моей стороны все эти контакты – эксперимент, так как я не на улице и, с поправкой на кризис, могу назвать свою ситуацию вполне приемлемой. Но эксперимент не стерильный. Естественно, я, как и все нормальные люди, хочу развиваться, получать новый опыт и придумывать, как интереснее использовать уже наработанный. И если бы что-то «срослось», естественно, я была бы только рада. Но пока получается, что этот путь - тупиковый. Им идти - терять время и понижать самооценку. Причины – и человеческий фактор, и пробелы в системе организации процесса.
Повторюсь, я не хочу делать вселенские обобщения. В моем круге общения есть коллега, у которой, как она говорит «случилась любовь с организацией» именно при помощи КА (правда, до кризиса). Мне нравятся мои знакомые рекрутеры. Но сколько их? А других «героев»? Мне кажется, что критерий «умение работать с людьми» практически не выдерживается.
…То, что в заголовке – анекдот из «Комсомолки». Прочитала и у меня возникла именно такая ассоциация: …сказал рекрутер.

Как-то после больших усилий, но по времени неожиданно, свалились на наше управление несколько вакансий. Мы обрадовались, провели мини-реструктуризацию, кликнули клич и стали смотреть кандидатуры. Кандидатов было достаточно, но не в избытке (не приходилось стенать, что захлёбываемся от соискателей), поэтому отбирали внимательно и тщательно. Однажды пришел подтянутый дядька за 40. Как раз была волна сокращений в армии, и он остался не у дел. Внешний вид – отдельная песня: синяя рубашка, желтый галстук, твидовый пиджак нежно-поносного цвета, одеколон типа «Саша» и золотой перстень-печатка. Такое вот представление о правильном имидже. Волновался страшно. Но что-то в нем было такое, что я сказала шефу: «Давай этого чудушку возьмем». - «Бери, тебе его в норму приводить» - не стал возражать начальник.
Начал он работать, сперва с энтузиазмом рисовал в икселе «блины» для презентаций и отчетов, потом стал потихоньку писать обзоры. При этом все организованно, вовремя и неплохо. Правда, орфографические ошибки за ним долго еще исправляла и про дресс-код много бесед провела.
Где-то через полгода, по случаю, я, смеясь, рассказала ему о своих мыслях при его приеме на работу, что я увидела в его глазах что-то и решила – «надо брать». И это была единственная причина выбора именно его. Вдруг этот крепкий мужик (напомню, офицер) не смог удержать слез. Оказалось, незадолго перед визитом к нам он потерял шестимесячного сына (врачи проглядели стоматит), жена заболела, после армии он в растерянности (у него не было другой профессии, кроме как Родину защищать, простите уж за распространенную цитату), короче, чувство безысходности полное. И тут мы. Но надежды у него практически не было. Он задавал мне лишь один вопрос: как Вы поняли?
Замечу, что вскоре он стал (учили, конечно) очень хорошим GR-менеджером, весьма тонко чувствующим нюансы и потрясающе умеющим налаживать контакты. Он работал с Госдумой, его аналитические выкладки и прогнозы были правильными и сбывающимися. И все это четко, надежно, без оправданий. Ни разу не пожалела.
Думаю, что этот человек ни в жизнь не прошел бы фильтр КА или службы персонала. Именно в той своей ситуации жизненной драмы. Безусловно, он человек сильный и справился бы. Но разве плохо, если ему, или кому-нибудь другому, вам, мне в трудную минуту подставили плечо.

Навеял воспоминание один из здешних постов девушки-рекрутера, в общем-то, оставляющей очень положительное впечатление. Суть такова: Я всегда буду делать то, что хочет заказчик и нужно заказчику, его запрос удовлетворить – прежде всего. Да, я могу подсказать соискателю, как правильно оформить резюме и подготовиться к собеседованию, поддержу психологически, посоветую, куда лучше обратиться. И всегда это делаю вне рамок служебных обязанностей. Но не предоставлю его кандидатуру работодателю, если его данные полно не соответствуют запросу.

Это – искренняя позиция и желание хорошо делать свое дело. Но не пропускается ли масса специалистов (или имеющих талант быстро стать ими), не отбрасываются ли люди, могущие реально приносить пользу компании? Мне кажется, в системе отбора какой-то изъян. Не такое это простое дело – с людьми работать. Нужен все-таки очень большой опыт.

Очень часто в описаниях вакансий просят творческий взгляд, креативность, нестандартный подход к решению стандартных вопросов. Определиться точно, что именно имеется в виду, можно только при беседе с непосредственным руководителем, на более ранней стадии собеседований это практически невозможно. Но сейчас о другом.

При серьезной реорганизации структурного подразделения и приходом нового руководителя со своей командой, аборигенам было объявлено, что большинство из них выходят за ворота. Однако вариант, что кто-то задержится, был, поэтому у аборигенов начался сложный психологический процесс оценки, переоценки и самооценки, а также просчета перспектив. Выждав некоторое время, новый шеф вызвал всех «стареньких» в кабинет, и, не предложив даже сесть (так все и стояли по стеночке), произнес такую речь: «Для того, чтобы я сделал вывод о необходимости сотрудника в новой структуре, я должен знать, на что он способен. Меня не интересуют ваши прошлые достижения, что было, то прошло. Меня интересует, как вы видите работу подразделения в будущем, поэтому я даю вам два дня, вы должны изложить свежие идеи нашего дальнейшего развития. И я решу, кто будет работать дальше. Спасибо. До свидания».

«До свидания!» – мысленно послала последний привет и я. Пересказав ситуацию начальнице отдела (я была ее замом), говорю, что теперь точно прощаемся, поскольку я не буду играть в эту игру. Она уговаривала, аргументировав тем, что всегда надо использовать любой предоставленный шанс, что мои идеи интересны и вероятность их высокой оценки велика, и она хочет со мной работать дальше. Не нравится мне канва этой ситуации, но решила попробовать, провести эксперимент, в котором нет вариантов положительного результата.

Пишу некий концепт, состоящий из одиннадцати пунктов. Начальнице нравится, она понесла это «творение» руководителю сама. Проходит два дня, и два, и еще два раза по два… По административной рассылке приходит план развития структурного подразделения, составленный новым шефом. Восемь из одиннадцати пунктов моих предложений внесены в него, даже без лексических изменений и переформулировки, один к одному. Поскольку я ожидала чего-то подобного, я не переживала, идей у меня еще много. Но тогда впервые прочувствовала глубоко, что такое разводка. Понятно, что я давно уже не там.

Итак, идеи можно продавать, как за зарплату, так и «в розницу» (простите за такую формулировку). Это нормально, самый комфортный для меня вариант, исходя из принципа «делать, что нравится, и делать это изо всех сил».

Идею можно выманить в обмен на какие-либо обещания («Петя-петушок, хочешь сапожки со шпорами? – «Хочу, лисонька» - «Тогда, спой»)

Идею можно украсть, я бы даже сказала, стырить, мне кажется, это по смыслу вернее. И безнаказанно.

Я с тех пор не излагаю идей письменно, но у меня всегда есть разные примеры завершенных проектов, которые я спокойно демонстрирую и все объясняю, почему именно так.

P.S. История отнесена во времени. Не вчера это было. Может, уже не злободневно это? И есть ли еще варианты взаимодействия с флибустьерами в океане идей?

Хочу рассказать историю, но буду шифроваться, чтобы персонаж не догадался… Несколько лет назад я слегка поучаствовала в трудоустройстве коллеги в стабильную процветающую организацию, мы с ним проигрывали все возможные сценарии собеседований, проговаривали предполагаемые вопросы и т.д. В общем, все получилось. И все успешно сложилось у него и в дальнейшем. Он – классный специалист с колоссальным опытом, академическими знаниями и истинным мастерством. Теперешний шеф принимает его по первой просьбе (понятно, да?) и говорит: «да у него энергии в два раза больше, чем у меня». Его проекты стопроцентно эффективны, прибыльны и без локальных рисков. Очень уважаем в коллективе и у клиентов. Казалось бы, ну и чего особенного? Просто сейчас ему пошел восьмой десяток, у него светлая голова, энергии, как у АЭС, эффективные связи везде и всюду.

Другой вариант. Забарахлил у меня ноутбук. Был выходной, я вся в простуде и за городом. Нет никакой возможности разобраться. Соседка сказала, что у тети Тани внук приехал, вроде он в компьютерах разбирается. Послала гонца падать в ноги внуку. Приходит высокий парень, волосы собраны в хвост, пальцы, как у пианиста, молчун. За пять минут все исправил, еще за десять - поставил антивирус и поменял настройки почты. Кивнул в ответ на мою россыпь благодарности и ушел. Потом я узнала, компьютер – это его образ жизни. Но вовсе не стрелялки. Чуть ли не с первого курса он уже работал администратором на местном свечном заводике, со временем возглавил IT-службу на заводе уже не маленьком. Сейчас учится в аспирантуре. Очень толковый парень с большим будущим. Годов ему – 23.

Все это я к чему? А к тому, что оба этих талантливых человека были бы стопроцентно отбракованы при первичном отборе, появись у них по разным причинам необходимость трудоустраиваться через кадровую службу. Потому что в описании подавляющего большинства вакансий стоит стандартное «25-35». Очень это кощунственно. Во-первых, ничего это не говорит о профессионализме. Во-вторых, это данность, которую нельзя исправить (язык можно подучить, программу Corel Draw, если надо, освоить, респектабельную внешность создать) и которую не миновать отборщикам тоже. Еще кощунственней только известный мне случай увольнения по эстетическим соображениям человека, потерявшего руку (как он держался! но при этом КАКИЕ у него были глаза!).

Вряд ли призывы об индивидуальном подходе будут услышаны, поскольку, похоже, возрастные критерии заложены в самой системе. На одном из сайтов я видела даже специальную программу «после 45», типа, мы помогаем и ЭТОЙ категории, еще не все потеряно… Понятно? Категория людей другая! Похоже это на дискриминацию?

Однажды делаю рекламную кампанию как часть продвижения нового продукта. Этот продукт был достаточно стандартным, но с некоторыми эксклюзивными составляющими, поэтому работать было интересно. Часть программы сделал аутсерсер, но очень много деталей я продумывала сама. Хорошая получилась кампания! Логичная, красивая, оптимизированная. Накреативили, построили, сбюджетировали, утвердили, запустили… Уф-ф!

Первое расчетное время – полет нормальный, но потом вдруг эта «ракета» начала делать совершенно ничем не объяснимые зигзаги. Тридцать раз все перепроверили. Не должно быть так! Я уже хотела смотреть график магнитных бурь, вдруг они влияют? Начинаю не то чтобы паниковать, но впадать в недоумение. Конструкторы Королевы несчастные! Понять, в чем причина, не можем! Позвонила кому-то их коллег, высказалась, помню, что произнесла фразу насчет плохой ловли мышей. Через пару дней в столовой ко мне подсаживается наш эсбешник, славный дядька, вышедший на пенсию по месту службы и теперь работающий на гражданке, и говорит: «Не думай об этом. И не терзайся. С тобой все в порядке».

Что оказалось? Компания, естественно, заинтересована в росте потребителей ее продукта. Для их привлечения была придумана система поощрения для сотрудников. Был кликнут клич – каждый, приведший клиента получает прибавку к премии. Статистика велась на основе опросов при заключении договора. Клиент тоже бывает разный, и в определенных случаях, видя, что при вопросе «откуда вы узнали о продукте», он начинал чесать голову, наш клиентщик вежливо подсказывал: «Моя фамилия Курочкин, это я вам сейчас все подробно объясняю…». Делалось это аккуратно, не в промышленных масштабах, но картина эффективности рекламной кампании становилась абсолютно недостоверной. Вот и весь секрет Полишинеля.

«А шеф знает?» – «Да». – «И что теперь?» - «Ничего. Он решил оставить как есть». В принципе, цепочка размышлений шефа мне понятна, да и этой беседы не было бы, если бы он не дал «добро», зная, что я пойму. В общем, итоги подводили по объемам привлеченных средств, в целом по всем каналам продвижения, все надели выражение лица «ничего особенного не произошло».

В принципе, так оно и есть. Пострадавших нет (уж точно не я – я в эту систему премий, понятно, не включена). Но долго думала о ситуации в целом. Понятно, что в детстве всегда хотелось соседских яблок, они казались красивее и слаще. Но при этом свои яблоки были неинтересны. Сейчас рейд за добычей в соседский сад рассматривается не как приключение, а как возможность прибавки к своему собственному урожаю.

Наше сумасшедшее время диктует неписаные законы, в том числе, и в кадровой политике. Посмотрите, чехарда в правительстве высветила такое явление, как уход с постов не конкретных персон, а целых команд. Как только босс покидает кресло, меняется секретариат, штат помощников, пресс-служба. Это не закрепленное официально правило распространяется по иерархическим ступеням вниз, и многие структуры начинают кадровые чистки, исходя из этой сложившейся в верхах практики. В целом, это правильно. Любой руководитель должен быть уверен в своих подчиненных, командный принцип работы себя, в основном, оправдывает. Но сейчас не об этом, а о том, что может ждать человека, получившего «горчичник», когда его совсем не ждешь?

Ну, уволили меня, уволили… То есть, сократили. Психологических травм не было, так как я видела логику происходящего. А оно не имело никакого отношения ни к моим профессиональным качествам, ни к умению уживаться в коллективе. Но вставал вопрос, а что же дальше? Ситуация для меня лично осложнялась еще и тем, что, дожив до первой седины, я так и не усвоила непреложную истину о необходимости подготовки запасного аэродрома.

Оценив все нюансы теперешнего положения в стране, масштабы явной и скрытой безработицы и идентифицировав себя с четко определяемой социологами профессиональной группой, я поняла, что заиметь рабочий стол и телефон я смогу не раньше, чем через три-четыре месяца. И как законопослушная гражданка, дабы не потерять стаж и возможность пойти в отпуск уже этим летом, я решила воспользоваться возможностью «отмотать» этот срок как официальный российский безработный. То есть направилась в бюро по трудоустройству. А вдруг оно посодействует в благом деле обретения себя в новом коллективе и, может быть, в новом качестве? Наивная! Сколько раз потом жалела, что не пошла по «беззаконному» пути – положить куда-нибудь в дружественную организацию трудовую книжку и кормить семью на гонорары.

А началось все так. В первый день посещения РЦЗН (районный центр занятости населения) на учет меня не поставили – сломался компьютер. Ну что ж, дело житейское, но на вопрос, когда же его починят, чтобы и второй мой приход не был столь же бесполезным, милая Леночка, или Елена Геннадьевна, как написано на дверной табличке, величественно ответила: «Не знаю, спросите у техников». - «Хорошо, где они»? - « А вам туда нельзя, это наша внутренняя служба». Вот такой содержательный диалог! Провожу сеанс аутотренинга, строю мысленную защитную стену и повторяю визит на следующий день.

На учет поставили! Но я узнаю, что рассчитывать на восьмидесяти- , потом шестидесяти- а потом сорокапроцентные выплаты от моего, в общем-то, нормального оклада, не следует. Деньги я буду получать из расчета в среднем по району (а живу я в Подмосковье), но, правда, по «плавающему» максимуму – на первых порах чуть более тысячи рублей. Но произойдет это не скоро, на дворе март, а сейчас гасится задолженность за декабрь прошлого года.

Но хождение по коридорам еще не закончено. Обязали пройти коллективное собеседование. Пробовала отказаться, но мне пригрозили отлучением от книги учета и еще какими-то последствиями. К базе вакансий не допустят, что ли? На собрании безработных этого дня изящная психологиня проникновенным голосом призывала нас не впадать в депрессию, ведь жизнь-то продолжается. Еще раз повторила, за что караются нарушители режима: нельзя пропускать день регистрации, более двух раз отказываться от предложенных вакансий, и, упаси, бог, подрабатывать. С учета снимают немедленно. Но самым эффектным был заключительный пассаж – главное, чтобы мы искали работу САМИ.

Далее все было очень прозаично. Раз в две недели я приходила за полтора часа до открытия центра, сидела в очереди и слушала невыдуманные истории из жизни тетенек (их больше намного, чем дяденек). За полчаса до начала регистрации собираются сотрудницы, их тоже большинство. И сквозь тонкую дверь кабинета мы долго слушаем душераздирающую историю о прелестях варки гудрона соседом по даче под окнами одной из товарок. Тетеньки пресекают мою попытку напомнить о начале приема: «Не надо, они разозлятся, нам же хуже будет». Затем я захожу в кабинет, Ставлю две подписи на протянутом Леночкой бланке, листаю папку вакансий («по вашей специальности и близко ничего нет») и с чувством исполненного долга прощаюсь. Однажды для эксперимента попросилась на бухгалтерские или компьютерные курсы. А что, лишние знания никогда не помешают. Отказ был впечатляющим: меня готовы переучить только в том случае, если я САМА найду организацию, готовую за это заплатить.

После этих визитов уверенность в том, что работы мне не видать, стала железобетонной. Индивидуальным подходом здесь и не пахнет. Есть только один вариант – ты становишься частью обезличенного конвейера и просто ждешь, что загорится какая-то волшебная звезда и свалится тебе на голову. Но, увы, звездопады нынче редки…

Стало интересно, а есть ли счастливчики, пережившие этот мрачный период жизни? К статистике РЦЗН, меня, конечно же, не допустили. Сама видела двух юношей, приходивших сниматься с учета. Но опрос я все-таки провела. Результат нахождения на учете, как правило, нулевой. Туманны и перспективы получения пособий вовремя. Переучиться на другую специальность возможно лишь на условиях, предлагавшихся и мне. Круг замыкается.

В итоге вполне закономерный вывод – трудоустройство каждого зависит от него самого. Это подтверждают и работники бюро. Следовательно, плюсов у этой эпопеи два. Первый – не прерывается трудовой стаж, что будет важно при выходе на пенсию, если, конечно, до нее дожить. Второй – есть возможность (ох, права эффектная психологиня) при необходимости слегка полечить израненную кризисом душу. С одним «но». Надо подучить сотрудниц бюро. Ведь приходят сюда люди уже пострадавшие морально, и прихамливать им – это совсем распоследнее дело. Можно взять вместо них тетенек из очереди, у них душевного тепла намного больше.

… А я через три месяца, после испытательного срока села за заветный стол с телефоном в хорошей организации. Рада очень, начинаю работать…

Послесловие

Все это я написала в 1999 году, то есть, десять лет назад в разгар кризиса. Мы тогда уходили в никуда из крупной организации практически всей командой по желанию вновь пришедшего руководителя. Мне там нравилось, и думала, что буду работать до пенсии, но нет, не сложилось. В принципе, ничего особенного, это один из профессиональных рисков моей профессии (извините за тавтологию). Бога гневить не буду, оформили все как надо, даже в конце года пригласили получить бонусы. Но новую жизнь начинать пришлось в непростых условиях.

Статью не публиковала. Распечатала и принесла директору центра занятости, чтобы она ознакомилась со сторонним взглядом. Вывод был сделан забавный и вполне в духе написанного. Зайдя за справкой, я увидела, что очередь теперь не СИДЕЛА перед кабинетами, а СТОЯЛА в холле, а охранник вызывал по одному в освободившийся кабинет. В общем, получается, что навредила…

Решила ничего не исправлять, оставить, как было. Хотя, конечно, сейчас у меня другой угол зрения, прибавилось терпимости, и изменилась шкала оптимизма. Тогда многое было по-другому: кадрового рынка как такового не было, и, соответственно, терминов «эйчар», «рекрутинг» тоже (или они не были в широко употреблении). Да и детали («рабочий стол с телефоном и компьютером» - ха! - или тысячерублевое пособие) выдают некую историчность текста. Но мне показалось это интересным, если тот, кто застал события десятилетней давности, захочет вспомнить себя в той ситуации, а кто миновал сию чашу, попробует сравнить и «почувствовать разницу».